Bishop Gregory (hgr) wrote,
Bishop Gregory
hgr

Categories:

ВВ 63 (2004) (продолжение атчота)


продолжая просмотр тома, я стал замечать у себя всё усиливающееся ощущение déjà vu. заподозрив недоброе, я стал внимательно смотреть на книжную полку, где стоят другие тома ВВ, -- и тут же обнаружил там еще один экз. т.63, засунутый туда не менее, как с полгода назад. т.е. диагноз был ясен: я поставил недочитанный том на полку и посчитал его дочитанным, а теперь он опять появился в продаже, и я решил, что это вышел новый том. со мной такое бывает запросто, но тут лучше пере-, чем недо-. (так я один раз получил из б-ки города Фессалоники отказ на книгу с формулировкой "нет в библиотеке"; но так как я был забывчивым, то я не помнил, что случайно заказал ее дважды, и на второй заказ книга пришла--месяца через два после первого отказа).

так что я лучше про мемуар: чему научил меня Курбатов

это было при первой нашей встрече, где-то весной 1989, у него на кафедре. тогда я был молод и дик: умом я уже не считал, как еще года за 2-3 перед тем, что все советские гуманитарные ученые (кроме неофициальных, т.е. таких, кто печатается за границей и почти или совсем не печатается в СССР) смердят из своих книг именами кмаркса и фэнгельса и т.п., а потому музы, не исключая Клио, даже близко не подлетают к этому зловонию. (брешь в таком восприятии советских ученых во мне была пробита в 1983 г. М. ван Эсбруком, затащившим меня в ИВАН ради своего доклада; тогда он меня познакомил с К.Н. Юзбашяном -- первым в моей биографии ученым из СССР; но тогда я от Юзбашяна сильно шарахнулся, т.к. моя 20-летняя психика не могла перестроиться так быстро). -- умом, значит, я так не считал, но на поведении это всё еще отражалось. советского ученого, которого я переставал считать вонючим марксистским животным, я начинал считать, наоборот, лучом света в темном царстве и гением чистой красоты, которому сразу хотелось начать доверять во всем (кроме чисто научных дел, где я всегда был критичен даже к своим учителям -- о.Мейендорфу и о.ван Эсбруку).

самое удивительное, что первые два раза -- два первых советских знакомства, которые состоялись у меня в 1989 г., -- меня тут совершенно не подвели. одним был Курбатов, а другим К.Н. Юзбашян, с которым я актуализировал научное знакомство где-то в начале 1989 г.

Курбатов очень уютно курил "Беломор" (и только "Беломор"!), очень уютно сидел в кресле, очень уютно интонировал свою речь. было ясно, что он тебя понимает. поэтому я поделился с ним своей тогдашней научной скорбью -- впечатлением от только что вышедшей книги З.В. Удальцовой "Византийская культура" (З.В. Удальцова была такой советской теткой с масквы, поставленной тогда во главу советской византинистики; она была тупой, как полено, но очень партийной; ее статьи за нее писали "негры", в числе которых трудился получивший поэтому покровительство Каждан и отказался трудиться попавший в опалу на все советские годы Фонкич; в одной из статей Удальцова присвоила текст статьи, присланный для ВВ очень хорошей, но так и не состоявшейся византинисткой Э.М. Шусторович, -- после чего та получила психическую травму, поставила крест на своей научной карьере и оказалась переводчицей с немецкого в нашем институте бумажной промышленности, где я с ней и познакомился. с концом советской власти в 1990 Удальцова сама тоже утонула -- в буквальном смысле: пошла купаться в Каспийском море во время ежегодного слета советских византинистов, проходившем в тот раз в Баку).

при упоминании об Удальцовой по глазам Курбатова было, разумеется, ясно, что он "в теме". но я выразил свое возмущение самыми, как мне казалось, вопиющими ляпами: тем, что Удальцова поместила в 14 век (это не опечатка, а именно в соответствующую главу) Никиту Стифата, -- ученика и биографа Симеона Нового Богослова, а также диспутанта с кардиналом Гумбертом в 1054 г., когда дело закончилось взаимными анафемами между К.полем и Римом. было ясно, что Удальцова ничего этого не знает, потому что ей пофиг, но меня возмущало, почему она даже с чужих книг не может правильно переписать.

Курбатов совершенно невозмутимо ответил: Ну, Вы знаете, как такие книги пишутся -- при помощи ножниц и клея. (аналог современных copy-paste: берут старую рукопись -- в идеале свою собственную, но в случае Удальцовой -- труд негров, -- и составляют вырезанные абзацы). вот и перепутали -- не в ту главу вклеили.

Было видно, что для Курбатова тут не виделось никакого вопроса, кроме технического, который он и счел долгом мне объяснить. что на месте Удальцовой могла бы быть не такая дура (дура, но не такая), он, как будто, даже и не допускал.

потом Курбатов выдержал паузу, заполненную каким-то моим беспорядочным пыхтением, и, затягиваясь беломориной, говорит: а вот Вы знаете, что после каждой такой книги на кафедру средних веков приходят два-три студента?..

дальше можно было не продолжать, хотя мы как-то еще развивали эту тему. суть сразустала ясна: студенты все равно забудут ту муть, которую они прочитали у Удальцовой, а какой-то интерес к Византии передается -- и это *доказывается* практикой -- даже через такое дерьмо, как ее писания. (сейчас я бы даже сказал, что лучше уж через ее писания, чем через "Поэтику византийской литературы").

это был один из разговоров, радикально поменявших мое мировоззрение. с годами его последствия осознаются все больше и больше.

в том момент я получил два урока:

1. один из первых случаев (как сейчас вспоминается, где-то второй; первый был весной 1987 с главой корпункта "Известий" в СПб. Ежелевым), когда человек старше меня и умнее -- совершенно однозначно, хотя и с полным уважением и приязнью, дал мне понять, что я идиот со своим юношеским максимализмом, а слушаться надо людей старших и мудрых, и всякий накопившийся в моей голове идеологический мусор немедленно вымести и саму голову проветрить,

2. что к трудам даже и советских ученых надо относиться с разбором и прагматично, а не нести всех марксистов в топку.

теперь я вижу, что тогда же я извлек еще один урок, третий, но тогда мне это было незаметно, и только последовавшие затем события дали и этому уроку развитие:

3. это был первый урок политики -- точнее, одного из наиболее специфических навыков, которые отличают политика (в какой бы то ни было сфере, не только в политике социальных отношений) от человека частного, который живет своими впечатлениями и эмоциями. этот навык заключается в том, что для тебя в вопросах, связанных с работой, должно исчезнуть понятие дерьма: существуют только "вещества" и "запахи", которыми необходимо научиться пользоваться для достижения поставленных целей.

и -- в качестве эпилога.

учителем Курбатова был М.В. Левченко. вместе с М.Я. Сюзюмовым -- основатель советской византинистики, после перерыва в довоенные годы. в отличие от Сюзюмова, Левченко не успел стать до революции даже и начинающим ученым. он был студентом, который вместо науки пошел в революцию и уже в революции -- прямиком в ЧК. в конце 1930-х гг. у него была уже неплохая карьера в НКВД. тут как раз вышла сталинская реформа идеологии (которая в полноте осуществится только во время войны, но начало ее было положено в 1938-39). решили восстанавливать изучение Древней Руси, а тут заодно -- и области византийско-русских отношений. о прошлом Левченко вспомнили, и партия перебросила его на новый фронт работы. ему пришлось все-таки становиться ученым. вышедшая уже в 1956 г. монография Левченко по византийско-русским отношениям долгое время оставалась -- несмотря на марксизм -- классическим трудом, да и до сих пор, говорят, имеет какое-то значение. в отличие от своих научных коллег из интеллигенции, Левченко ни на кого не доносил, ничьей крови не пил и, в какой-то степени, создал даже научную школу, продвинув беспартийного Курбатова.

вот таких ученых -- как Левченко или Сюзюмов -- невозможно не уважать, хотя они были коммунистами.

PS Если кто прочитает из УрГУ: надо бы опубликовать у нас мемуары Каждана о Сюзюмове (которые на англ. в Byzantine Studies/Études byzantines 1983). они ужасно интересные.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 33 comments