Bishop Gregory (hgr) wrote,
Bishop Gregory
hgr

часть 2

(части 1 и 1а -- предыдущие постинги).

итак, что делать, если приходскую жизнь приходится начинать в одиночестве.

-- сначала надо вспомнить п.1 алгоритма, изложенного в части 1. очень вероятно, что приходскую жизнь не надо начинать вовсе. есть много других достойных и интересных занятий. если ты не проходишь тест из п.1 этого алгоритма, то 100%, что идея приходской жизни в одиночестве, даже если покажется на какое-то время увлекательной, долго не продержится, и нет никаких способов это исправить. просто если ты пришел в обычный приход, но стимул к собственно религиозной жизни у тебя слабый, тебе там могут найти какие-то развлечения (подавать кадило, помыть пол -- ну и мало ли что еще), а здесь так отвлечься не получится.

читать дальше имеет смысл только тем, кто не видит для себя другого выхода.

начать приходскую жизнь в одиночестве технически очень просто, и это имеет даже догматические основания. но практически это неосуществимо, если параллельно не будут ставиться и решаться еще некоторые задачи.

1. в чем состоит догматическое основание простоты этого дела: в том, что христианин в своих молитвах всегда окружен сослужением ангелов и всех святых и вообще всей Церкви. поэтому абсолютно индивидуальной молитвы к Богу просто не бывает. ты всегда находишься в церковной общине, даже если на земле ты не находишься в церковной общине. следовательно, если тут возникают технические проблемы, то они решаемы даже без того, чтобы у тебя появился хотя бы один со-молитвенник в месте твоего географического обитания. (впрочем, если начинать молиться одному и помолиться хотя бы несколько лет, то он, скорее всего появится, -- только не нужно этого специально ждать и хотеть).

2. в чем состоит техническая сторона этого дела: нужно научиться совершать церковные службы (которые все, кроме литургии, рассчитаны на монахов, не имеющих священного сана; священнические элементы там факультативны) хотя бы в минимальном объеме и установить недельный цикл богослужений. достать богослужебные книги в наше время -- не проблема (полный круг славянских и греческих богослужебных книг есть в интернете; на новых европейских языках в сети тоже кое-что есть, хотя и не все).

идеально, если какой-нибудь священник даст запасные Святые Дары для регулярного (например, еженедельного) причащения. проблема регулярной исповеди также решается легко при современных средствах связи (она вовсе не должна быть столь же частой, сколь причащение).

при тяжелой неспособности к усвоению богослужебного устава (а это встречается и у очень подвижнически настроенных людей) богослужение можно составить из чтения Псалтири с добавлением минимального количества тропарей (воскресных, праздничных).

чего, однако, делать нельзя -- так это заменять богослужение (по-монашески оно называется "псалмопение") четочным правилом (по-монашески называемом "молитвой"). т.е. есть такие люди, которым уже можно, но я к таким не обращаюсь, и сам я к таким не отношусь. обычное правило -- что нельзя. (потому что псалмопение -- это железная арматура, которая держит бетонный монолит; без нее быстро будет труха). четочное правило, т.е. время, посвященное Иисусовой молитве исключительно, тоже нужно, но отдельно, и оно не входит в понятие приходской жизни, о котором сейчас речь.

видно, что, в идеале, эта схема предполагает наличие, хотя бы где-то далеко, дружественного священника, который доверяет Святые Дары для домашенго причащения и готов принимать исповеди дистанционно. но если этого нет, то остается все то же самое, кроме причастия (за причастием тогда придется ездить в далекие приходы, редкое количество раз в году; впрочем, ездить полезно и при возможности домашнего причастия тоже).

важно, что переход на такой образ жизни является простым следованием канонам и церковному уставу, а потому никак не требует ни разрешения, ни даже уведомления церковных властей (мы не должны их уведомлять о том, что собираемся исполнять заповеди). другое дело -- духовник: если он есть, то с ним, разумеется, всё это обсуждается.

лучше, по понятным причинам (описанным в чч. 1 и 1а), чтобы о таком образе жизни знали только те, кому мы сами считаем нужным это знать, причем, считаем так потому, что видим в этом какую-то конкретную пользу либо для себя, либо для них. (опять надо предостеречь: если нам кажется, что польза "для них" может состоять в том, что они узнают, как у нас хорошо, и "проникнутся", то это, конечно, глупости; лично мне вообще трудно представить, какая тут может быть польза "для них", чтобы начать об этом рассказывать).

ксати замечу, что переход сознательных прихожан на такой стиль выживания позволяет снизить потребность в попах и, следовательно, поставить вопрос о их качестве. в "машинках для служения литургии" такие прихожане не нуждаются, а у архиерея, соответственно, снижается стимул к разведению наемных попов (из числа тех, что не связаны с приходами, нанимаются на службу к архиереям как к феодалам).

3. вся эта идиллическая картина христианской жизни имеет только один недостаток, но существенный: она нереализуема. если в приход человек может начать ходить и потом втянуться, продолжая ходить по инерции, то здесь нет среды, чтобы поддерживать инерцию, и церковная жизнь обрушится, не успев начаться. чтобы получилось иначе, нужно одновременно работать еще в двух направлениях.

4. (1) внешнее и техническое (да, еще одно, помимо регулярных богослужений, но тоже внешнее и техническое) и (2) внутреннее.

4.1. нужна еще всякая тренировка, которая существенно -- по сравнению со среднестатистическим уровнем -- повышает управляемость нашего организма. опять см. ч.1, про воинов и спротсменов. при среднестатистической степени управляемости ничего не получится (скорость движения к желанной цели будет ничтожной по сравнению со скоростями двжиения в разных других направлениях, тоже по-своему желанных; все христианство ограничится маниловщиной).

грубо говоря, эта сторона дела сводится к тому, чтобы не любить комфорта и не пользоваться им в большей степени, чем это необходимо для должного уровня функционирования организма.

конкретные рекомендации тут будут очень зависеть от здоровья и культурного бэкграунда. насчет культурного бэкграунда см. апофтегму аввы Римлянина в Алфавитном патерике (что-то не смог ее найти; если кто-то кинет ссылку, я вставлю; АПД последняя апофтегма на этой странице: http://lib.eparhia-saratov.ru/books/noauthor/cellpaterik/45.html). насчет болезни как аскетического упражнения комментировать особо нечего.

но всем вообще очень важно понимать, что любой комфорт выше необходимого для работоспособности поведет к аддикции -- к зависимости, потере свободы, расслаблению и разложению. спать или есть лишнее должно быть столь же противно, сколь напиваться до рвоты или похмельного синдрома. чтобы не спать лишнего, не надо спать на мягком (если на твердом не спится, то это только первые сутки-двое, а потом спится, и не только на спине, и проблема, как не заснуть стоя). тут много разных мелочей, обращать внимания на которые подсказывают церковные уставы (напр., в правилах пощения для здоровых людей) и, особенно, аскетическая литература.

как всегда, мелочи важны особенно. напр., чтобы не улучшать свое положение по собственной инициативе, когда можно терпеть (напр., не брать за общим столом из того блюда, которое не стоит прямо перед тобой, -- это пример из классической литературы; можно добавить из той же серии -- никогда не просить ради себя выключить музыку в машине; и т.п.; это реально имеет значение). эти мелочи должны запомниться и выполняться автоматически, на рефлексах и без участия головного мозга. после некоторой тренировки организма излишний комфорт становится физиологически противен.

чтобы рефлексы закрепились, начать лучше в молодости. да и чисто фиизческие упражнения относительно разных привычек к комфорту намного труднее осваивать после 35-40. мне кажется, что в 20 лет не грех и перегнуть палку с физическими депривациями и нагрузками, лишь бы при этом не нанести необратимого ущерба здоровью (последнее в качестве аскетической практики тоже возможно, но для людей с особым к тому призванием, а просто для людей воспрещается).

для головного мозга больше проблем в отношениях с людьми. не надо стермиться ни с кем дружить и не надо ничего ни от кого хотеть. что надо, всё дадут сами. общение должно жестко фильтроваться. не должно быть такого общения, при котором ты не можешь в любой момент дать себе ответ на вопрос, с какой целью я именно сейчас общаюсь с этим человеком. если в нашей компетенции какому-то человеку помочь, то помогать надо, исходя не из того (точнее, не столько из того), о чем он просит, сколько из нашего компетентного видения проблемы (если компетентного видения у нас нет, то надо спросить у того, у кого есть, а иначе все равно помочь не сможем). совершенно не беспокоиться о том, благодарны нам или обижаются на нас, хотя, конечно, со своей стороны надо делать все, чтобы чужие обиды на нас минимизировать.

на эти темы можно болтать долго, но общая идея ясна. в данном случае мне было важно наметить только общую идею.

4.2. внтуренняя сторона христианской жизни -- это, разумеется, самый главный в ней подвох. исповедью в узком смысле таинства исповедания и разрешения грехов он не решается, хотя исповедь и необходима.

идеальное его решение -- это откровение помыслов. оно не обязательно должно соединяться с жестким монашеским послушанием тому, кому открываешь помыслы (о возможностях откровения помыслов просто товарищу см. у Брянчанинова где-то, забыл где). для откровения помыслов подходит человек в любом сане и любого пола (попы, как правило, подходят меньше, т.к. они часто -- чаще, чем миряне, -- маловерующие люди или психи). откровение помоыслов может быть взаимным. но что обязательно -- оно должно быть откровенным. т.е. говорить надо регулярно и все, важное и неважное. в виде регулярного дайджеста плюс особое обсуждение всего, что показалось проблемным. такой вот вид непрерывного психоанализа. все это может осуществляться и дистанционно, посредством современных средств связи.

еще раз повторяю, что откровение помыслов и монашеское послушание могут не быть связаны. откровение помыслов полезно всем сознательным христианам, а монашеское послушание -- это уже весьма специфично.

если нет такой возможности, то обязательно нужно исхитриться это чем-то компенсировать.

главная (хотя не единственная) цель откровения помыслов состоит в том, чтобы получить коррекцию собственного состояния, когда ты сам свое состояние не видишь. если у тебя нет возможности для откровения помыслов, то нужно изыскать такой суррогат этой практики, при котором нашлись бы какие-то люди, которые бы тебя видели со стороны и корректировали. специально для этого -- чтобы найти таких людей -- можно ввергаться даже в некоторые опасные авантюры, вплоть до принятия священства (вообще говоря, принятие священства, с аскетической точки зрения -- это только что не абсолютное зло). во всяком случае, очень важно иметь постоянный контакт с людьми, которые в случае твоих заносов смогут как-то отреагировать. идеально -- если диагностировать и вразумить, но уже великое дело -- если хоть как-то отреагировать, хотя бы в благозвучном режиме автомобильной сигнализации.

вообще говоря, главная проблема одинокой христианской жизни -- это отсутствие того, кто отреагирует на твои заскоки. а заскоки будут неизбежно, и в большом количестве. тут не надо иллюзий.

но, думаю, что не может быть такой ситуации, чтобы Бог совсем уж никого не послал.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 25 comments