Bishop Gregory (hgr) wrote,
Bishop Gregory
hgr

Categories:

"жить быстро, умереть молодым"

(с) БГ, но я о монашестве в версии для детей. престарелому контингенту (кому за 28), а также больным к себе лучше не примеривать.

ora et labora -- даже в расширенном варианте, когда допустимых занятий оказывается не два, а пять или семь, -- не предполагает таких вещей, как, например, спать, есть, дружить... и это неспроста.

отгородиться от мира -- даже живя в монастыре -- можно не иначе, как сделав это внутренне, а это требует, прежде всего, сокращения до минимума площади контакта. идеально прокатываться по миру как колесо -- по касательной.

и еще, как нас учили на нашей химической военной кафедре: марши по зараженной местности должны производиться с максимальной скоростью.

поэтому мы и должны жить в мире на максимальной скорости. это не достаточное, но необходимое условие для изоляции от мира. без этого -- никак, хотя одного только этого было бы мало.

скорость нашей жизни снижается от всего того, что нас затусовывает в общении с миром: еда, сон, общение -- если, особенно, это общение добровольное и дружеское, а не вынужденное и по работе... про всякие так называемые "любови" я и вовсе не говорю, потому что это болезнь души -- ее отклонение от нормального состояния (которое и само-то по себе не ахти) в сторону зла, хотя очень часто бывает, что такое зло -- меньшее из всех возможных и должно восприниматься на фоне всего остального как добро. для меня это всё не праздные слова, если кто помнит, чем я занимался 30 сентября (я и сейчас считаю, что поженил тогда идеальную пару), но, коль скоро тут у нас речь о монашестве, то подобные вопросы будем считать решенными и закрытыми.

жить быстро можно только тогда, когда куда-нибудь торопишься. торопиться нужно -- в свою келью и к своему делу, к ora et labora. из всякой поездки надо стремиться как можно скорее вернуться (предварительно надо стремитьтся вообще туда не ехать), из всякого сна -- проснуться и т.п.

людям, не думающим о монашестве, всегда хочется встать пораньше, когда им кажется, что их ждет что-то хорошее. но то, что может их ждать, никогда не бывает по-настоящему хорошим, а то, что не "может", а точно ждет нас -- лучше всего, что можно помыслить. поэтому надо все время стремиться вернуться к нашей "активной жизни", активность которой -- только в orare et laborare и больше ни в чем, хотя бы иногда, глядя на нас, казалось иное.

только тогда начинаешь хотеть как можно меньше проспать и при этом как можно меньше расслабляться во сне, а мысль о еде становится ненужной и отвлекающей, так что хочется скорее проскочить этот процесс мимо.

теперь несколько практических рекомендаций (повторяю: не для престарелых -- кому за 28 -- и не для больных).

и еще один дисклеймер: цель телесных ограничений -- смирение, но в данном случае эта цель заведомо достигнута не будет, поскольку мы производим все эти ограничения в своей жизни по собственной воле. это не означает, что наше занятие бесполезно: оно приведет к ограничению внутренних связей с миром, а через это -- облегчит нам использование тех поводов к смирению, которые будет нам доставлять сама жизнь. уже и это неплохо. для нашего времени, как написал Игнатий Брянчанинов, остаются, в основном, очень медленные способы преуспеяния, т.к. мы вынуждены, не имея наставников, жить при очень большой степени самочиния. но не надо также бояться, что сознательная аскетическая практика автоматически введет нас в особенную гордость и превозношение над прочими христианами. автоматически такие вещи не совершаются. это то же самое, что говорить, будто не надо заниматься Иисусовой молитвой, "потому что она ведет в прелесть". те, кто говорят подобные слова, либо сами в прелести, либо сдуру повторяют то, что сказали какие-то лженаставники.

три позиции, по которым можно и должно начать ограничения с места в карьер -- это еда, сон и общение с друзьями. о последней из них говорить не буду, т.к. кое-что уже было о том здесь написано, хотя и под другим углом зрения. под нынешним углом зрения -- с т.зр. монашества -- можно лишь резюмировать: общение с кем бы то ни было никогда не должно для тебя заслонять твоего внутреннего одиночества: ты всегда перед Богом и всегда один.

теперь о прочем.

сон

нужно найти необходимый минимум. минимум, в зависимости от организма, может исчисляться посуточно или как среднесуточное за неделю или еще как-нибудь (например, отчасти взаимозаменяемы сон и еда). этот минимум всегда нужно увеличивать при болезни и при особых нервных нагрузках. (среднесуточное за неделю -- это когда все равно, сколько ты наспишь в данные сутки, но за неделю нужно набрать N часов = N/7 среднесуточно).

необходимый минимум можно начинать считать только тогда, когда привыкнешь спать в правильных условиях. эти условия сводятся к тому, чтобы максимально стереть грань между сном и бодрствованием: нужно быть готовым вскочить от сна в любой момент. это предполагает, что ты спишь, не раздеваясь (и без постели, само собой) и, как было принято во всех монашеских правилах, препоясавшись. спать лучше на твердом, т.к. сон на мягком создает инерцию, которая понапрасну удлиняет время бессознательного состояния. на мягком можно спать тогда, когда перестаешь замечать, на чем спишь.

если кажется, что в таких-то условиях мне спать неудобно, то хорошо для начала спать именно в них: в первые день--два--три будет гарантия, что не проспишь лишнего. но потом окажется, увы, что и в таких условиях спать -- очень даже удобно... поэтому всерьез сократить время сна таким способом невозможно :-)

в "правильных условиях" хорошо разок поспать ровно столько, сколько влезет, но засечь время. и впредь никогда не спать больше этого срока. потом можно уменьшать время сна -- скажем, в неделю на полчаса. где-то наступит жесткая граница, когда начинаешь сваливаться. тогда надо прибавить полчаса и считать результат своим необходимым минимумом. (это тот же метод, который описан у аввы Дорофея применительно к еде).

еда

первое и главное правило: избегать долговременного состояния сытости и такой еды, которая его создает (мяса). в крайнем случае и если нет монашеских обетов, допустимо поесть мясо тогда, когда нужно выпить много водки :-) но это уже слишком возвышенные степени аскетики.

второе и тоже довольно важное правило: не "кусочничать", т.е. не есть всякого пищевого мусора в интервалах между едой. (это правило неприменимо при гастрите, диабете и т.п. заболеваниях).

дальнейшие ограничения, если мы не живем в монастыре, где есть правила о трапезе, а тусуемся, где попало, лучше вводить не на время и количество раз, когда "поставляется трапеза", а на общее количество еды в сутки.

далее до Великого Поста лучше ничего не менять. в ВП есть общее эмпирическое правило -- усиливать степень на одну единицу по сравнению с прошлым годом (напр., без елея, без вареного и т.п.), но, в случае монашеских интересов, его можно слегка нарушить. например, начать пост с того, чтобы 1-2 дня не есть вообще (можно и не пить), а потом перейти на сухоядение -- типа чая с сахаром и хлебом. эта еда сразу покажется очень обильной. вполне возможно, что подобный рацион можно будет сохранять для 5 будних дней ВП (а в сб. и вс. -- вино и елей). если нет, то надо будет что-то добавить, но эта добавка не будет чрезмерной. затем самый трудный период -- выход из ВП. надо постараться, чтобы в Светлую неделю степень сытости лишь немного отличалась от того, что бывало в воскресенья ВП, а потом можно и эту степень уменьшить для будних дней. для этого нужно не увлекаться такими сюжетами, как поедание здоровенных кусков кулича и заглатывание пасхальных яиц; м.б., лучше даже вообще не есть эту сакральную пищу или ограничиваться символической дозой, если уж очень люди смотрят (однако: все это невыполнимо при малокровии и некоторых видах астении, да и других заболеваниях). таким образом, цель в том, чтобы на весь год растянуть некий "шлейф" Великого Поста.

и еще одно общее соображение:

чтобы всё это получилось, в жизни должен быть интерес особого рода, т.к. обычно спать и есть хочется от уныния (в специфическом смысле слова, о котором речь шла раньше). этот интерес иногда пропадает, а иногда пропадает надолго. нужно, однако, в ус не дуть и не менять курса. в этом и состоит повседневная борьба. иногда будет доходить до каких-нибудь очень острых состояний: тогда надо сделать правильный маневр: т.е. отступить на "заранее приготовленные позиции" -- поесть и поспать сверх обычного. если в обыденной жизни мы на самом деле держимся разумного минимума, то подобное отступление нас ни в какую бездну многоспания и чревобесия не ввергнет.

сон и еда, а отчасти даже общение (с некоторыми, не со всеми подряд) людьми -- это область, где можно торговаться. в отличие от внутренней молитвы, где нельзя уступать ни пяди.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments