Bishop Gregory (hgr) wrote,
Bishop Gregory
hgr

Category:

на темы лингвистики

какие логические очертания должна иметь такая формальная семантика, в которой моделируется реальная логика естественного языка?

подход Фреге-Монтегю, безраздельно господствующий в ней в настоящее время (за малыми исключениями), предполагает, что это должна быть классическая логика предикатов с квантификацией, подразумевающей классическую (Цермело-Френкель) теорию множеств, а также с теорией референции, подразумевающей, будто референтом предложения (кроме именного предложения) является его значение истинности (т.е. "истинно" или "ложно") -- это так наз. "аксиома Фреге".

потом нельзя удивляться, что модель естественного языка, построенная с помощью такой логики (а именно она описывается в классических учебниках Heim и Kratzer), напоминает модель самолета, построенную из дерева: в нем удобные кресла, ходят стюардессы, раздают карамель "Взлетную" -- и вообще сходство с самолетом разительное, вплоть до магнитофонной записи шума двигателя из динамиков. но с моделированием остальных качеств самолета пока что не преуспели.

думаю, что дело в том, что все три указанные выше идеи неправильные. они представляют собой частные случаи более общих закономерностей, но, при этом, гораздо более частные, нежели классическая физика по отношению к ОТО и квантовой механике.

1. классическая логика предикатов. -- об этом я уже много раз писал. в действительности, логика естественного языка -- модальная, а классическая логика предикатов выводится из нее как частный случай (отсюда частичная пригодность логики предикатов для моделирования языка). модальная логика подразумевает, что позиция говорящего (некоторая т.зрения -- как минимум, одна) находится непосредственно внутри логической системы, а логика предикатов получается тогда, когда ее выносят за скобки, т.е. как бы выбрасывают (поэтому она говорить как бы об "объективных" ситуациях -- о том, что "на самом деле", а не "с точки зрения"). очевидно, что в естественном языке позиция говорящего неустранима, хотя в некоторых случаях от нее можно абстрагироваться.

2. квантификация. -- классическая теория множеств (ZF) предполагает, что элементы множества четко различаются как индивидуумы. но в естественном языке так не бывает, хотя Фреге и его последователи понимали дело именно так. напр., Фреге утверждает, что денотатом слова "дом" является некоторый объект, относящийся к классу "домА". -- а из чего состоит этот класс объектов? для этого нужно объяснить, чем отличаются "дома" от "не-домов". кто хоть раз сталкивался с трудностями лексикографии, тот понимает, что это нелегко. воображаемого класса индивидуализируемых объектов "домА" не существует.

поэтому, если рассматривать "домА" как некий класс объектов (множество), то нужно воспользоваться таким пониманием множества, в котором отдельные элементы не очень индивидуализируются. подобные концепции множеств разрабатываются, начиная с 1970-х годов, для квантовой логики, (quasi-sets, quasets), где возникла та же самая проблема невозможности индивидуации объектов микромира, причем, эти логики развивались под влиянием модальной логики Крипке и семантики Монтегю, т.е. как раз формальной семантики естественного языка. технически квази-множества могут описываться с привлечением нечеткой (fuzzy) логики Заде (как это сделано в ряде квантовых логик) или еще как-то, но суть в том, что квантификация должна вестись по множествам из нечетко индивидуализированных объектов.

даже более того: таких объектов, которые вообще могут легко становиться друг другом в силу их не-фрегевости и даже не-не-фрегевости (см. п. 3). только что упомянутые стандартные проблемы лексикографии, когда трудно установить границы понятий, -- это еще не предел, о чем см. п. 4.

3. не-фрегевость. -- аксиома Фреге, как назвал ее Сушко, утверждает, что логическая эквивалентность влечет кореференциальность. поэтому, якобы, совсем разные, но логически эквивалентные предложения (имеющие одинаковые значение истинности, т.е., напр., все они истинные), должны иметь один и тот же денотат -- "истинно" (в современной логике это позиция Дэвидсона: все истинные предложения имеют денотатом один и тот же the Great Fact). из этого следует, что мы, якобы, можем понимать значения (денотаты) слов (термов), если у нас будет набор истинных и ложных предложений с их участием. и на этом стоит вся формальная семантика.

но: утверждение о том, что все предложения имеют один и тот же денотат, причем, такой невзрачный (значение истинности) -- контринтуитивно (а это очень плохо, коль скоро мы занимаемся ествественным языком) и -- что важнее всего для логики -- опровергается формально в теореме Патнема. Дэвид Льюис мог на нее сколько угодно ругаться, говоря, что это не "теорема", а "парадокс Патнема", который обрушивает всю "нашу" (т.е. "их") теорию познания, но это лишь говорит о значении открытия Патнема; опровергнуть эту теорему никто не смог до сих пор, хотя Льюис, например, занимался этим до самой смерти (в 1984 он выпустил свою только что процитированную статью -- в ответ на вышедшее в 1983 упрощенное и самое изящное доказательство Патнемом его теоремы, где все строилось как раз на "аксиоме Фреге", -- а в 2004 вышла посмертно -- он умер в 2001 -- его статья на ту же тему -- и с тем же результатом).

если коротко, то суть теоремы Патнема в том, что: если мы принимаем аксиому Фреге, то далее, используя формальный аппарат семантики Монтегю, мы получаем, что "кошка лежит на коврике" -- это то же самое, что "вишня висит на дереве", т.е. "кошка" -- то же самое, что "вишня", а "коврик" -- что "дерево"; это значит, что никакого логического смысла в конструкциях Фреге-Монтегю не содержится, а если мы понимаем предложения на естественном языке, то это не благодаря Фреге и Монтегю, а вопреки.

можно сказать и так, что теорема Патнема доказывает правоту так наз. ситуационной семантики (есть много разных ее вариантов), основанной на подходе, противоположном "аксиоме Фреге": из кореференциальности логическая эквивалентность следует, а обратное (т.е. "аксиома Фреге") неверно. -- т.о., согласно ситуационной семантике, денотатами предложений являются вовсе не их значения истинности, а те ситуации, которые они описывают. теория познания, дорогая сердцу Льюиса, в которой значения слов находятся аналогично решению системы уравнений, не работает вообще.

4. не-не-фрегевость. -- логическая эквивалентность в естественном языке может следовать не только из кореференциальности (тождества денотатов), но даже просто из тождества отдельных свойств денотатов.

на этом основана работа поэтических тропов, которые присутствуют в любом языке, даже за пределами художественных произведений. речь идет именно о живых тропах, а не "мертвых", т.е. стершихся, типа разных "хот-догов", которые уже вполне описываются средствами лексикографии, т.е. регистрируются словарями.

свойства, на основании которых может быть установлена логическая эквивалентность, грубо говоря, располагаются между двумя полюсами (как назвал их Р.О. Якобсон в статье 1956 года) -- метафоры и метонимии. метафоры работают на основании сходства, метонимии -- на основании близости (в том или ином логическом смысле).

современных логических теорий метафор (и метонимий) много, тут разбирать не буду, но правильный подход -- только у Хинтикки и Санду (их главный конкурент сегодня, т.е. в 1990-е годы и позднее, -- Дэвидсон), которые ввели для поэтических тропов понятие "смысловой линии" (meaning line). в семантике возможных миров "смысловые линии" отличаются от "мировых линий" (= интенсионалов Монтегю) тем, что они устанавливают тождество не между индивидуумами, а только между их отдельными качествами (метафорическое сходство или метонимическая близость).

Хинтикка -- один из самых великих логиков 20 века, но разрабатывать собственно логическую теорию метафоры и метонимии он не стал, ограничившись (в большой статье 1994 г.) заявлением позиции и критикой Дэвидсона (считающего, что метафора -- вообще вне логики, и в ней все ad hoc, т.е. она вся в области прагматики, а не семантики; это, опять-таки, контринтуитивно, а логически опровергается доводами Хинтикки, Санду и еще ряда убедительных людей).

не зная ничего об этой работе Хинтикки, "метафорическую логику" разработал наш московский логик Васюков, которому она понадобилась для формализации Гуссерля и Майнонга. термин "не-не-фрегевость" -- это он придумал. думаю, что Хинтикке было бы очень интересно узнать эти работы Васюкова, но не уверен, что он писал об этом на англ. (хотя не знаю всей его англоязычной библиографии).

возвращаемся к естественному языку. нормальная (естественная) речь немыслима без метафор и метонимий. для нее как раз не будет ничего криминального в том, чтобы сказать, что кошка -- это вишня. метафорически свернувшийся котенок может быть кем-то назван "вишенкой" (и это неожиданно проверяется в рунете: Вишенка -- частое имя для котенка в России), а метонимически -- тоже мб. назван "вишней", если, напр., он любит играть с вишнями (ср. распространенную форму обругивания того, кто назойливо говорит о чем-то: "сам ты (это слово)!").

недавно в дурке мы обсуждали с клиническим психологом и психиатрами вопрос одного из тестов для диагностики психических заболеваний: что общего между котенком и яблоком. я сразу назвал очень много общего, и метафорически, и метонимически, хотя от здорового человека авторы теста ожидали, что он скажет, что ничего. мои медицинские собеседники были того же мнения, что и я. (добавлю, что, скорее, такой вопрос характеризует субдепрессивное состояние автора теста, который забыл о существовании метафорического мышления).

-----------
ВЫВОДЫ

из чего должна состоять логика естественного языка:

1. модальный подход: набор модальных операторов и кванторов,
2. квантификация: подразумевает квази-множества, а не Цермело-Френкеля.
3. не-фрегевость: ситуационная семантика.
4. не-не-фрегевость: логика поэтических тропов как часть логики естественного языка.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments