Bishop Gregory (hgr) wrote,
Bishop Gregory
hgr

Categories:

мое отношение к Константину Леонтьеву в конце 80х

в связи с этим списком литературы вспомнилось:

международная конференция по христианским темам (кажется, 1988 года в Духовной Академии, и тогда это прения по докладу о. Георгия Митрофанова на околодостоевские темы), выступает покойный американский прот. Дмитрий Григорьев и защищает Достоевского от докладчика. один из его аргументов -- что докладчик, фактически, повторяет критику Константина Леонтьева. хорошо помню, как я, вместе с частью аудитории, преисполнился внутреннего протеста -- мол, нет, только не это: докладчик по делу сказал, а у Леонтьева как бы чересчур. это было похоже, как если бы кого-то публично назвали фашистом.

у меня еще несколько лет держалась надежда, что Хомяков--Достоевский -- это мейнстрим русской православной традиции и, тем самым, путь к патристике, а поэтому Леонтьев -- канава поперек пути, которую надо закрыть досками. по мере углубления в этот "мейнстрим" приходило даже не разочарование, а легкий мистический ужас, который вскоре конвертировался в подозрение, что Леонтьев мог быть прав, а еще вскоре -- в желание читать Леонтьева.

на этом же пути -- история 1989 года, когда Г.М. Фридлендер не взял мою статью о православии Достоевского в "Достоевский. Материалы и исследования", охотно взяв туда мои "дополнения к комментарию". при этом он мне предложил дать рекомендацию от него м. Питириму, чтобы мою статью напечатали в ЖМП. но в этом разговоре я сразу понял, что нет: я хочу написать так, чтобы меня напечатал Фридлендер, а не Питирим, и что статья моя -- на самом деле еще хуже, чем говорит Фридлендер. потом я написал вместо этой другую статью, но печатать ее пришлось уже не Фридлендеру (вышла в сб. "Христианство и русская литература"), а его, по сути, преемнику В.А. Котельникову (впоследствии издателю Собр. соч. Леонтьева, вместе с Ольгой Фетисенко).

еще от общения с Фридлендером: мое отношение к нему было крайне хорошим, но у меня был глубочайший когнитивный диссонанс, т.к. я знал, что он коммунист. по моим тогдашним убеждениям, сходство коммунистов с людьми ограничивалось простейшей физиологией, но и то без гарантии. я уже мог понять искренний коммунизм людей "от сохи", т.е. советской интеллигенции (перестройка научила с ними взаимодействовать), но не мог поверить в коммунизм человека культурного. в то же время, не мог поверить в лживость Фридлендера. эта загадка для меня разрешилась, спустя довольно много лет, в нулевые годы, когда я читал о Фридлендере в мемуарах его ближайшего друга всей жизни -- И.М. Дьяконова. действительно, Фридлендер всю жизнь был убежденным коммунистом, считая советский строй извращением коммунизма.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments