Bishop Gregory (hgr) wrote,
Bishop Gregory
hgr

Category:

древнеисландский язык

вот обещанный отчет -- за всё время сразу.

2 с небольшим недели назад, в ночь (раннее утро) с позапрошлой пт. на сб. наша известная многим пациентка совершила попытку попытки самоубийства посредством таблеток. настоящей попыткой это не назовешь, т.к. она почти не пропадала со связи и так и не могла набрать должной решимости и сообразительности. сама такая попытка оказалась возможна в результате двух ошибок: 1. неправильных рекомендаций при выписке из питерской дурки, 2. моей лени почесаться тогда, сразу после выписки, показать ее нашему специалисту, которая сразу же указала на ошибку, когда о ней узнала -- увы, с опозданием. поэтому мы не смогли предотвартить начало приступа тяжелой депрессии. оставалось держать под контролем суицидальную активность и забирать в Питер на дополнительную спецобработку. так и вышло, но с большими приключениями по пути.

в результате, она приняла заведомо слабую дозу (одну упаковку) заведомо слабого лекарства (феназепама) и не осталась в неведомом лесу, а приехала к 10 утра в ту квартиру, где жила. тем не менее, эффект от пачки феназепама натощак состоялся. сначала она (пациентка, не пачка) свалилась спать до позднего вечера (сказалась и бессонная ночь перед тем), потом -- ночью и утром -- стала колобродить, но не слишком сильно. ехать в больницу смысла не было: промывание желудка помогло бы лишь в пределах 20 минут после приема, очень тяжелых последствий для печени можно было не ожидать (соматических симптомов особых не было), а всё остальное проходит само, раньше или позже -- больничные условия тут не помогают радикально. ожидалось обдолбанное состояние на несколько дней; галлюцинации теоретически возможны, но не ожидались. но тут пошла следующая фаза.

в воскр. днем пошло -- как всегда в таких случаях -- обострение psychache, и наша пациентка, уже растерявшая остатки суицидальной готовности, решилась прибегнуть к другому средству, дающему кратковременный эффект (на день, но дальше еще хуже обламывает): съездила в некий компутерный клуб (каюсь, это я, из Питера, разрешил отпустить ее погулять не более, чем на час; но ей хватило) и купила таких самодельных ирисок, содержащих гашиш. и это бы еще ничего -- но, кажется, ей там заодно продали какую-то худшую дрянь, посильнее, а она, по обдолбанности своей, взяла (есть подозрения на ЛСД). к сож., сейчас она уже вообще не помнит этих событий, а по свежим следам было некогда расспросить во всех нужных сейчас подробностях. она приняла всё это дерьмо сразу (не всё, что купила, но достаточно много) и опять отпросилась -- с моего разрешения -- погулять. на улице ее и прихватило; начались глюки и совсем уже неадекватное состояние. придя вскоре домой, она попыталась сварить кофе без воды, чуть не устроив пожар, и налила в ванной воды по щиколотку на пол. как-то чудом обошлось без скандалов с соседями и даже без разбитой посуды. план эвакуации в Питер был уже запущен на исполнение, но удалось -- в сопровождении rouben -- отправить ее только в ночь с понедельника на вторник. к счастью, билеты, которые удалось взять, были только на поезд 20.30; окажись поезд каким-нибудь более поздним, эта парочка имела бы шанс провести сутки в Бологом. потому как события развивались так:

в Питере они объявились не в 5.50 утра, а в начале 10-го. мы уже начинали поднимать переполох. а дело было так. часов около 3 ночи наша пациентка пошла в сортир с целью основательно искромсать себе лезвием все руки (не с целью вскрывать вены, а просто для облегчения psychache), что ей и удалось в полной мере. Рубен слишком приличный мальчик, чтобы не отпустить девочку в сортир без контроля [получилась фраза для Олиной mitr диссертации по синтаксической неоднозначности, но прошу понять меня правильно] (пожалуй, я бы не отпустил -- без допроса и проверки). дальше она замотала руки полотенцем из постельного набора, окончательно это полотенце изгадив. затем она поперлась что-то объяснять проводнику (в ее восприятии -- поперся как раз Рубен, а она хотела скрыться). проводник испытал массу непривычных ощущений. он даже слегка шутил, но все-таки на ближайшей остановке в Бологом вызвал скорую, которая и увезла обоих в больницу. сервис в этой больнице был никакой (уж не говорю, что не самый любезный): руки зашили какими-то нелепыми зелеными нитками, примерно, с такой же тщательностью, как зашивают трупы после вскрытия. впрочем, глубоких порезов не было -- а так, для шрамов на всю жизнь, оно бы и всё равно хватило...

но дальше возникла проблема все-таки доехать до Питера. дети раздобыли справку, что с поезда их ссадили, а не сами сошли, что давало какие-то льготы при покупке билета. но денег не было вообще. тут Рубен совершел очередный типичный для него подвиг: уговорил ментов дать денег! и они-таки дали!

так что товар был, в конце концов, доставлен в Питер. после легкого косметического ремонта и небольшого карантина в условиях нашего домашнего дурдома следовало показать его психиатру. консультация была назначена на пятницу -- и она-таки состоялась, но уже в совсем не запланированных условиях.

утром пятницы -- теперь уже почти 2 недели назад -- наша пациентка себя отчасти сожгла. отнюдь не попытка самосожжения, как подумали некоторые, но просто несчастный случай по причине крайней обдолбанности (по моим наблюдениям, степень обдолбанности накануне ожогов и после ожогов сохранялась постоянной; возможность приема каких бы то ни было гадостев в условиях Питера я исключаю).

пациентка вышла на кухню помешать что-то в сковородке на газовой плите. сковородка стояла на дальней конфорке, а на ближней стоял чайник; под ним тоже горел огонь, а наше чудо накрыло его собственным животом, наклонившись к дальнему концу плиты. загорелась футболка -- сначала на животе, а потом до самого верха, начали гореть волосы. тут, впрочем, подоспела помощь, и пациент был потушен.

ожоги сразу показались неслабыми, еще хуже они показались на взгляд нашего врача-психиатра и еще хуже -- на взгляд врача в ожоговом отделении больницы. 12% кожи, причем, 8% -- ожоги второй и 3 Б степеней, где при лечении потребуются пересадки кожи. впрочем, глубоких повреждений подкожных тканей нет, все ограничится косметическими последствиями и еще одним резоном не валяться на пляже. нашу пациентку уложили в отделение ожоговой реанимации, где ее состояние до сих пор оценивается как стабильно-тяжелое. изукрашена она довольно классно, что можно видеть, несмотря на почти сплошные бинты (сразу после ожога все это выглядело не столь уж ужасающе).

самое смешное, что всем вышеуказанным дело не ограничилось.

во-первых, мне пришлось принимать историческое решение, и я его принял: либо отправлять по месту прописки -- в федеральный ожоговый центр в Н. Новгород, где лечение официально будет бесплатным, -- либо оставлять в Питере, где лечение будет стоить от 1000 до 1500 долларов (скорее всего, нечто среднее от этих цифр). я выбрал второе, прикинув, что нижегородский вариант окажется затратнее даже по деньгам, хотя не в деньгах (основное) счастье, когда речь о суициде. официально-бесплатное лечение редко бывает бесплатным настолько, чтобы за него не надо было платить, а, главное, наша суицидологическая обработка пошла бы за это время, да еще при близости родителей, откровенно псу под хвост. тогда как в Питере это мало того, что не так, но и сами эти ожоги дают уникальный шанс разбить суицидальную заклиненность личности -- эдакая шоковая терапия и хирургия в одном флаконе (об этом, не сговариваясь, сразу же подумали Алиса, наш психиатр и я).

пориняв историческое решение, я сразу же испытал облегчение, и не только от денег. кстати о них: я вношу по 10 000 руб. каждые 10 дней. если кто-нибудь может и хочет поучаствовать, то, скажу сразу, everybody is welcome -- родители тамошние абсолютно бедные люди, у которых денег не бывает в принципе. вся надежда только на свои силы, а эти силы сейчас начинают сурово ограничиваться из-за стройки в Рощино (постоянного помещения для нашего дурдома).

теперь, задним числом, мысль об отправке пациента в Нижний я воспринимаю однозначно как искушение, абсолютно глупое. если есть шансы, что вместе с ожогами удастся переломить суицидальную зависимость, то 1000 долларов -- это сумма маленькая.

врачи в Питере, тем временем, опасались суицидально-сумасшедших выходок -- а мы (что делать!) должны были их предупредить о возможности таковых. в общем, что греха таить, врачи нашу клиентку побаивались.

поначалу все шло хорошо. пациент вышел из ожогового шока и подготовился к переходу во вторую фазу ожоговой болезни -- интоксикации организма. в прошлую пятницу она начала вторую неделю ожоговой болезни (эта болезнь, как беременность, измеряется неделями) с того, что спросила завотделением (солидного и очень приятного в общении мужчину): "А Вы не Великий Муфтий?" в тот же день днем я имел счастие с ней собеседовать. она меня узнала сразу, но очень долго не хотела поверить, что она находится не в квартире "Эллы, подруги Алисы" (я: "кто такая Элла?" -- "Не знаю"... и много в таком же роде, при ясной, однако, памяти). в общем, бредила она по-черному, и была она привязана к кровати такими элегантными цеплялками для рук и для ног. врачи ужасно спужались, что ожоговая болезнь пробудила дремавшую прежде шизофрению (они, правда, не были уверены, что так уж и дремавшую...). меня тоже подзавели... но уже вечером наша замечательная О.Н., психиатр, рассказала случай про свою знакомую, которая от ожогов бредила куда сильнее, а потом всё прошло. в реанимации мы договорились, что они туда приведут своего больничного психиатра (к которому они сами не относились серьезно), а я приведу нашего.

во вторник мы туда сходили с О.Н. ихний психиатр успел побывать раньше и оставил по себе две записи: "шизофренический психоз" под вопросом (решил перестраховаться) и что пациентка состоит в религиозной секте (это уж я могу приписать только младшему медперсоналу, помноженному на тупость данного отдельно взятого психиатра).

визит О.Н. всех успокоил. правда, ко вторнику у нашей пациентки бред уже третьи сутки как прошел: интоксикация пошла на спад, а голову ей прочистили какими-то правильными (по мнению О.Н.) препаратами -- их назначил не психиатр, а сами врачи реанимации, у которых практический опыт).

О.Н. нашла только "реактивную депрессию" -- хотя и осложненную интоксикацией и на фоне психопатии (но психопатия входит в джентельменский набор каждого нормального суицидента). иными словами, пока происходит именно то, на что мы надеялись: проблемы терпения и лечения оттеснят и, может, слегка вытеснят суицидальные заморочки. нам кажется, что пострадать подобным образом ей сейчас очень полезно.

наша пациентка томится от своего состояния, терпит -- вполне терпимые -- боли (сильных никто не допустит) и скучает, т.к. делать ей, в общем, нечего, а в себя она уже вполне пришла. во вторник я тоже ее повидал и нашел очень хорошей. как и в прошлый раз, куда-то в горло ей была воткнута капельница, но она не обращала на это внимания, была бодра и весела. из реанимации, правда, ее переводить собираются не очень скоро, т.е. на ближайшую неделю с лишним -- по-прежнему строгий режим и без посещений.

мой коварный план по ее дальнейшей стабилизации идет своим путем. так что, можно надеяться, Бог даст -- прорвемся.

повторюсь: аще кто имать десятки-сотни долларов для такого дела -- то сейчас самое время с ними расстаться.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 34 comments