Bishop Gregory (hgr) wrote,
Bishop Gregory
hgr

Category:

парочка прописных истин

возращаюсь к давно отложенному жанру.
1. как перестать быть Церковью, если ты ей был (речь об организации, а не о человеке),
2. о миссионерстве и эмиграции -- или или.


1,
относительно отдельно взятого человека есть учение Церкви о том, что необходимо для его спасения. для начала необходимо бытие в Церкви. что будет, если этого не будет? хорошего не будет ничего, но можем ли мы быть уверены, что такой человек не спасется, а погибнет? как ни странно, не можем: из того же учения Церкви, откуда нам известно данное правило, нам известно о существовании исключений -- спасения людей, не принадлежавших к Церкви или даже враждовавших против Церкви сознательно. почему это и как происходит? Бог весть, а лично я не вем. правильно ли будет отсюда сделать вывод, что теперь и я могу спастись, если не буду в Церкви? -- неправильно.

теперь переходим к церковной организации.

на ее счет есть правила: епископ в Церкви и Церковь в епископе (св.Киприан Карфагенский) -- в единстве со Вселенской Церковью, Телом Христовым можно быть только через православных епископов. в своем церковном служении эти епископы должны исповедывать две вещи: единство своей веры с верой Церкви и свое каноническое единство со всеми остальными православными епископами; это значит, другими словами, что епископы не должны быть еретиками и раскольниками. внутренне они могут быть даже людьми весьма порочными, и даже вера их может быть весьма порочна, -- это вредит возглавляемой ими организации, и за это их лично судит Бог; однако, поскольку они не выступают открыто со своей, пусть и неправой, верой, их грехи не отсекают церковную организацию от Тела Христова. (тут в разное время и в разных местах существовали разные практики обращения с подобными епископами; та, что описана в правиле 15 Двукр. -- далеко не единственная, но сути дела это не меняет: порочная вера епископа отсекает возглавляемое им сообщество от Церкви лишь в том случае, если это общество соглашается такого епископа терпеть -- не исправляя его и не отсекая от себя).

если епископы разрывают каноническое общение с другими епископами, или если они изменяют православной вере -- то церковное сообщество обязано их либо вразумить, либо извергнуть. если же оно этого не сделает, то оно отпадает от Церкви вслед за епископами.

португальская старушка в 11 веке, которая не очень разбиралась в ереси Филиокве и осталась в общении с Папой, ничем принципиально не хуже ни русской старушки, не разбирающейся в ереси экуменизма и остающейся в МП, ни даже пигмейской старушки (там, правда, старушки молодые), вообще не слышавшей о христианстве. мы не знаем, почему Бог попустил им оказаться в такой дыре, и заодно мы не знаем, как Он собирается их судить. но мы должны знать, что нам не следует разделять религиозные верования ни одной из этих трех старушек. религиозные верования двух первых выражаются, прежде всего, в том, каких епископов они себе выбрали (неосознанный выбор -- это все равно выбор).

таким образом, "теория" самоликвидации церковного сообщества (превращения его в лже-церковь) очень проста: необходимо и достаточно отпадения епископов; "православие" хоть всех 100% клириков и мирян, если оно не выражается в разрыве общения с еретиками, -- пустой звук, кимвал звенящий и газетный лист шуршащий, то ли "Русь Православная", то ли "Православная Русь", которая все равно не православная и не Русь, а град Китеж -- творение коллективного бессознательного больших любителей сказок и небольших любителей реальной Церкви.

(примечание для не привыкших к церковной тусовке: "Православная Грусть", она же "Православная Русь" -- официальный орган Зарубежной Церкви, издающийся в США, а "Русь Православная" издается в Питере Костей Душеновым, более известным в народе под литературным псевдонимом Иоанн, митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский, -- скончавшийся в 1995 г., но продолжающий плодотворно творить из своего архива даже до сего дне; как-то приехав в Питер в 98 г., митрополит Лавр сразу же за столом провозгласил тост "За Душенова", так что идеология это всё примерно одна и та же).

впрочем, отпадение епископата от Церкви никогда -- вопреки мнению некоторых -- не бывает мгновенным. всегда есть время для какого-то обсуждения, а, напротив, точной формулы для расчета для "периода церковного полураспада" указать нельзя. поэтому никогда нельзя указать точного момента, когда бывшее церковное сообщество стало безблагодатным, т.е. отпавшим от Тела Христова и лишившимся всех вообще христианских таинств. если в Церкви чего-либо нельзя знать, то причина всегда одна: нам это не нужно. а что же нам нужно?

нужны две вещи: 1) определение момента, когда мы должны отделяться от отпадающего сообщества. на это есть церковные правила. они, в общем, организованы по принципу "лучше перебдеть, чем недобдеть", т.е. лучше эвакуироваться с тонущего корабля, чем пытаться выплыть из воронки на месте утонувшего. 2) определение времени, когда отпавшее от Церкви сообщество заведомо перестает быть церковным -- т.е. когда всякое вообще молитвенное общение с ним становится не просто рискованным, не просто заведомо вредным, но вредным настолько, что, само по себе, служит достаточным доказательством отпадения от Церкви того, кто имеет такое общение. например, совместные молитвы с католиками -- совершенно достаточный признак ереси того, кто в них участвует.

именно для этого нам и важно убедиться в совершенной безблагодатности того или иного сообщества. это время наступает заведомо позже того, как исполнились все канонические нормы для подобного определения. оно определяется консенсусом -- согласием -- святых, которые способны непосредственно видеть благодать Божию или сказать, что там-то и там-то ее нет. относительно МП, например, мы имеем такой консенсус с конца 1960-х гг.; то же самое мы имеем и относительно прочих юрисдикций "мирового православия". многие святые говорили о безблагодатности экуменистов и сергиан еще в 1930-е гг., и, вероятно, они были правы. однако, были и другие святые, которые, сами не имея общения с этими сообществами, все-таки выражали какие-то надежды насчет их исправления. скорее всего, они ошибались, но их ошибки были извинительны. действительно, если человек только что умер, то не всегда и не всякий профессионал (даже профессионал, медик) с полной уверенностью отличит мертвое от живого. однако, проходит время, и отчетливые и несомненные признаки смерти проявляются. тогда и формируется консенсус святых относительно отпавших от Церкви сообществ.

отсюда, кстати, в нашей Российской Церкви принципиальное нежелание официально фиксировать какие-либо сроки, после которых мы считаем МП совершенно отпадшей; тут даже верные сроки могли бы повредить, внося ненужное разделение: главное -- не спорить о том, что такое МП сейчас, а история пусть будет делом историков. сразу скажу, что подобных подход к вопросу изобрели не мы, а, самое позднее, св.Кирилл Александрийский и Иоанн Антиохийский в 433 г.

2.
православные люди в эмиграции всегда находятся перед выбором: или жить "временно", в надежде вернуться, или поселиться в новом краю навсегда. если первое, то надо сохранять свою национальную идентичность и не особо думать о судьбах страны временного пребывания, а если второе -- то они обязаны нести свое православие жителям этой неправославной страны. для этого они должны -- это элементарное правило миссионерства -- забыть думать о возвращении. только такое миссионерство бывало успешным. в древности -- св. Фрументий (Эфиопия), св. Нина (Грузия), св. Патрик (Ирландия), св. Мефодий (Моравия)... в наше время -- забыл фамилию, афонский миссионер в черной Африке (грек в юрисдикции еретического К.польского патриархата): он говорил, что в Африку нужно ехать только тому, кто хочет там сложить свои кости. сам он так и сделал: не беда, что он обратил своих негров в еретический Александрийский патриархат: они потом, с годами, стали разбираться, и теперь именно среди них развивается истинное Православие в Кении и Уганде (в юрисдикциях Матфеевского и Бостонского синодов). получается, что он их не столько обратил в какую-то юрисдикцию, сколько научил искать Православие, хотя сам его не находил. может, Господь ему простит его неведение.

русская эмиграция первой волны была, разумеется, совершенно иной -- все надеялись вернуться. но после войны надеяться-то перестали (по кр. мере, всерьез надеяться перестали, а эмиграция второй волны и вообще особо-то не надеялась), а характер эмиграции не изменился. вместо подвига миссионерства -- пожертвовать "русскостью" ради западного православия, стать полноценными гражданами стран рассеяния, носителями соответствующих культурных традиций, но при этом сохранить -- для себя и для других -- православие, -- выдумали какой-то "подвиг русскости", о котором восторженно писала "Православная Русь" в 1950-е гг. это был путь "русского клуба" -- путь национального гетто, потери для Церкви младшего поколения (т.к. оно ассимилируется-то все равно, но при этом ассимиляция будет означать отказ от православия -- сведЕние его к редким захаживаниям в церковь на Пасху...), вытеснения старой эмиграции нынешней постсоветской (т.к. все эти замечательные, в других отношениях, эмигрантские старички не воспитали в вере своих детей, а русский клуб социально успешным их детям нафиг не нужен; русский клуб будет востебован только эмигрантами в первом поколении, которые всего боятся и жмутся друг к другу).

Иоанн Максимович пытался идти путем западного православия; кое-кто из архиереев ему сочувствовал, но никто не поддержал всерьез; зато топтали его начинение очень всерьез. им была создана нынешняя МПшная епархия в Бельгии и Нидерландах, нынешняя румынская (новостильная) епархия в США, нынешняя Парижская митрополия Каллиникитского синода (единственное из его начинаний, сумевших сохраниться в истинном православии -- за счет разрыва с РПЦЗ в 1987 г., а до этого -- за счет удивительной мудрости архимандрита Амвросия Фонтрие, ученика Иоанна Максимовича, сумевшего противостоять давлению Антония Женевского...)

та часть эмиграции, которая стала определяющей для церковной политики РПЦЗ, сделала самый глупый выбор из всех возможных: захотела жить в эмиграции так, как на "Святой Руси" -- так, чтобы и в реальную Россию не возвращаться, и со своим западным окружением не смешиваться, сохраняя свою "русскую" веру. но так не бывает...

как выразился один известный поэт-эмигрант (которого я слегка перевру), "ходит некто православный, у него в груди Жар-Птица"... он думает, что он ходит там, где хочет, но он ходит там, где его пускают... его могут ценить за Жар-Птицу, ценить в нем красивое декоративное животное... красивое красотой Джорданвиля в лучах заходящего солнца...
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 94 comments