Bishop Gregory (hgr) wrote,
Bishop Gregory
hgr

проповедь в прошедшее воскресенье

Неделя о Закхее и память преп. Исидора Пелусиота.

Слово на завтрашний праздник св. Фотия отменяется из-за моего скоропостижного отъезда сегодня вечером. Зато предполагается в среду в 11 утра интернет-трансляция пресс-конференции с моим участием на сайте московского Домжура. Адрес потом добавится в комменты к этому сообщению.


Слово в Неделю 37-ю по Пятидесятнице, о Закхее,
и в день памяти св. Исидора Пелусиота


Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.
Сегодня мы слышали в Евангелии рассказ о Закхее. И это означает, - как люди, привыкшие к церковной жизни, хорошо понимают, - что скоро Великий пост. Потому что именно с этого воскресенья, когда читается рассказ евангельский о Закхее, начинается подготовка к Великому посту. Всего лишь через неделю, в следующее воскресенье, будет уже Неделя о мытаре и фарисее, начнется Постная Триодь, и уже в богослужение начнут входить понемножку некоторые великопостные элементы. И сейчас, конечно, рассказ о Закхее настраивает нас на то, чтобы подражать Закхею. Подражать в чем? Подражать конечно же в покаянии. Потому что это был человек богатый, но богатство его было нажито неправедно, и однако, эти грехи, которые на нем были, не воспрепятствовали ему хотеть увидеть Господа. Т.е. это означает, что у него оставалось, несмотря на грехи, стремление к истине. И это стремление было у него, несмотря на насмешки окружающих, - а мы всегда знаем, что именно наши окружающие и близкие, которые и зла-то нам никакого не желают, становятся для нас препятствием ко спасению часто, почему и в Евангелии сказано: "Враги человеку домашние его", - эти люди всячески препятствовали ему, считали, что он ненужным делом занимается, когда пытается увидеть Спасителя; а он был маленького роста, и ему пришлось забраться на дерево для этого. Но, как об этом говорит святой Иоанн Златоуст, "когда Закхей всего лишь на три вершка поднялся к небу, Само Небо спустилось к нему в дом", потому что, увидев его, Господь сказал ему, что придет к нему домой. И тогда Закхей окончательно покаялся и сказал, что вчетверо возвратит долги всем тем, кого он обидел, - и начал свое покаяние с того, что можно назвать отречением от мира, потому что он начал с того, что отрекся не только от неправедного нажитого имущества, не только от того, которое он отнял, кого-то обидев, но и вчетверо большего, то есть и того, что ему принадлежало, казалось бы, по праву. Таков пример Закхея, которому мы должны подражать, и который предлагается нашему вниманию в самом начале подготовки к Великому посту.
Но и другой пример здесь есть, и уже не положительный, а отрицательный. Люди, увидевшие, что Господь пришел к заведомому грешнику Закхею, стали смущаться и говорить: "Что это Он идет к таким грешникам?" Подобно этому и сегодняшние подражатели таких людей не удивляются, когда мы говорим о христианской жизни каким-нибудь людям из Московской патриархии или просто домохозяйкам, которым все равно куда ходить свечки ставить, но которые, однако, соответствуют типу приличного человека, который существует в нашем обществе. А в том обществе, в котором жил Господь Иисус Христос по плоти тогда, тоже был какой-то тип приличного человека, и Господь его подчеркнуто игнорировал, а все время был с какими-то "неприличными" людьми. Вот, то он к Закхею придет, к мытарям, грешникам, то к кому-то еще и более неприличному придет, я не буду напоминать даже… И все это вызывало ропот у фарисеев и просто у людей, которые хотели, чтобы Он общался с людьми - скажем современным языком - из Московской патриархии и с домохозяйками, которые заботятся о том, чтобы жить прилично, молиться время от времени… А на самом деле, конечно, Господь выбирал таких людей, которые, может быть, и сами того не зная (в случае Закхея уже даже и зная, а в других случаях, в большинстве случаев как раз не зная того), стремятся именно к истине, и они живут в своих грехах даже, может быть, и не потому, что они хотят в них жить, а просто они не знают, как от этого избавиться и куда идти, чтобы жить иначе. И вот, Он приходил, будучи Сам Истиной и Путем, и Сам им это показывал.
И вот, подобно этому, и мы сейчас должны понимать, что не те люди православные, которым нравится наше православное времяпровождение, которым нравится носить прически и одежду определенного фасона, которым нравится, может быть, даже ходить в церковь, и которые не позволяют себе некоторых излишеств - зато позволяют, впрочем, другие (например, объедение, смотрение телевизора этого безумного), и это как-то уже за большой грех не считается. А те, кто ведут себя, может быть, как-то эпатажно по отношению к современной публике, они воспринимаются уже как враги христианства. Но мы должны понимать, что христианство проповедуется не как какая-то субкультура, потому что тогда христианство, даже православие будет ничем не лучше, чем культура каких-нибудь хиппи или фермеров, которые между собой имеют какие-то связи, потому что у них одинаковый образ жизни, а образ мыслей у них может быть очень разный; а христианство - это прежде всего образ веры, а там и образ мыслей, который приводит людей к тому, что они сами создают и определенные образы жизни, которые могут быть довольно разными. И не надо думать, что те, которые сейчас мы видим в качестве преобладающих, всегда будут оставаться такими, потому что это все время меняется, и вполне может быть, что те люди, которые придут в Церковь сейчас (если только они придут - те, которые сейчас не ходят никуда), - они создадут какой-то свой образ христианской культуры, который, может быть, даже будет нам казаться весьма непривычным, но главное, что если он будет действительно православным, то он во всем будет согласен со святыми отцами.
И потому, вот, начать можно с того, чтобы нам не особенно зазирать женщин, например, которые приходят в храм в брюках. Потому что, конечно, женщине ходить в брюках нехорошо, но абсолютного запрета здесь, как мы должны знать, нет, потому что каноны только запрещают женщинам носить мужскую одежду, а мужчинам - женскую. И если брюки у нас сейчас становятся женской одеждой, а это не противоречит, в принципе, никакому канону, то хождение в церковь в брюках - это не нарушение канонов, а нарушение просто некоторых общепринятых приличий. Конечно, их лучше не нарушать. Но если кто-то по незнанию их нарушает, то надо к этому относиться совершенно мягко и ни в коем случае не создавать этим людям каких-то дополнительных трудностей из-за этого, и более того, ни в коем случае нельзя бросаться сразу их учить, чтобы они не подумали, что главное в православии - это ходить в церковь в юбке. Потому что обычно думают именно так. И еще - что надо ставить свечки. Они все-таки должны знать, что главное в Церкви - это молиться и причащаться и каяться. Потому что бабушки наши в храмах обычно склонны учить не ходить в брюках, зато совершенно не склонны учить, что надо причащаться, и сами они причащаются еще неизвестно, как, "через пень-колоду", я бы сказал, далеко не на каждой службе. Потому прежде всего надо думать об этом, а потом обо всем другом.
И на эту же тему много писал святой Исидор Пелусиот, великий учитель подвижничества, которого память сегодня мы совершаем. Исидор Пелусиот умер около 435 года, т.е. он в основном жил в V веке, в Египте (Пелусий - это такой город в Египте на реке Нил, на главной реке Египта). И он написал некоторое количество трактатов, но наибольшую известность он себе стяжал письмами, которых сохранилось что-то больше 3000, по-моему, очень много сохранилось, а было, значит, еще больше. Он их писал разным людям, причем преимущественно мирянам (только немногие обращены к монахам), и почти во всех письмах прямо или хотя бы косвенно он касался подвижнической жизни. И вот, может быть, почему для нашего времени особенно ценны эти его письма, - потому что во многом он говорит о правильной и подвижнической жизни, которую можно вести в миру, живя среди мира, или говорит о каких-то общих принципах, которые одинаково приемлемы и необходимы для следования им как монахам, так и мирянам.
Сам он, хотя и хотел в течение довольно долгого времени, но так ему и не удалось жить в каком-то монастыре, и он оставался для многих таким вот учителем жизни по переписке. И в этих письмах, в частности, он говорит о таких принципах, которые сейчас совершенно забыты. Например, вчера мы читали за всенощной его знаменитое большое письмо к Антонию схоластику. И в этом письме он обличает суемудрие тех, кто думает - и сейчас таких очень много, - что возможны только два вида христианской жизни: либо это монашество - полноценное следование христианской жизни, либо жизнь в браке - которая, по мнению этих людей, является каким-то другим сортом христианства, где соблюдаются другие принципы. И такие люди особенно негодуют на тех, кто считает возможным вести жизнь девственную в миру. И уже даже какой-то миф сложился, будто бы безбрачная жизнь в миру - это какое-то прямо-таки нарушение порядка, как будто бы она и Церковью запрещена… И вообще не весть что придумывают эти миролюбцы, чтобы оправдать свое собственное нежелание жить подвижнически и нежелание позволить другим это делать. Воистину такие люди "сами не входят" и другим - ну, не то, чтобы не дают, но по крайней мере, мешают, пытаются не дать. Но конечно, на самом деле, совершенно независимо от того, существует ли в Церкви монашество как институт или не существует - потому что мы знаем, что до IV века оно не существовало, а в V веке, когда жил Исидор Пелусиот, монахов хотя и было много, но тоже не все подвижники были монахами, - но принцип девства как таковой, он в Церкви существует всегда, и это высшая форма христианской жизни. И св. Исидор в этом упомянутом мною письме пишет, что, как апостол Павел сравнивает праведных людей с солнцем, с луной и со звездами, говоря, что разная слава солнцу, луне и звездам, - так вот, это соответствует тому, что солнцу подобно девство, луне подобно воздержание, и звездам подобен честнЫй брак. А о браке он говорит так в этом же письме, что брак ни в коем случае не является плохим делом - пусть никто так не подумает, - это дело хорошее. Но дальше он говорит, что те неприятности, которые происходят из этого, те искушения и соблазны, они столь велики, что они сводят на нет ту пользу - имеется в виду духовное удовольствие, - которая приносится браком. И поэтому, конечно, брак перед девством не имеет никакого преимущества, и наоборот, конечно, девство выше. Это совершенно прямо пишется. Когда сейчас вы слышите, может быть, от кого-то, что брак и девство в Церкви равночестны, это ложь. Ни один святой отец такого не писал. Так говорят только современные проповедники, которые проповедуют "мир и яже в мире", которые сами от мира.
И вот, мы должны поэтому понимать, что если мы хотим быть христианами, независимо от того, монахи ли мы сейчас, будем ли мы монахами или, может быть, мы и никогда не будем монахами, но, независимо от этого, принципы христианства одинаковы, и мы должны следовать тому образу жизни, которому можем. Но "ревнуйте о дарованиях бОльших", - говорит Апостол, и безусловно, бОльшим и более соответствующим христианской жизни является образ жизни девственной, а как учит нас пример Закхея, сегодняшний пример, также жизни и нестяжательной, чтобы не иметь ни материально ничего в этом мире своего, по возможности, и семьи никакой тоже не иметь, потому что у христианина семья - только в Царствии Небесном, которое да подаст нам Господь. Аминь.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments