Bishop Gregory (hgr) wrote,
Bishop Gregory
hgr

Category:

"агиография"

4.5.4. «Найти икс»: методологические соображения

Сформулировав физические и геометрические требования к нашей будущей реконструкции космологической модели вселенной иудейских апокалипсисов, мы, по сути, описали ее некоторым уравнением, и теперь нашей задачей будет «найти икс». Эта задача не так тривиальна, как может показаться.
В 1960-е годы один мой знакомый сдавал письменный вступительный экзамен по математике в советский технический ВУЗ. Когда абитуриенты получили задание, где было сказано «решить уравнение», сосед по парте спросил моего знакомого, что это значит — «решить уравнение»? Мой знакомый ответил, что это значит «найти икс». Через некоторое время он увидел, что сосед подчеркнул букву икс во всех уравнениях из своего задания.
Этот пример убеждает нас, что в математике, по всей видимости, процедура «нахождения икса» еще достаточно тривиальна. Но математика физике не указ, и в физике даже эта, простая с виду процедура, далеко не столь очевидна. Ее теоретическое обсуждение стало предметом спора между Куном и Лакатосом.
Кун ввел понятие «решающего эксперимента» — такого эксперимента (или ряда экспериментов, или даже вовсе не экспериментов, а просто каких-то наблюдаемых явлений), которым старая теория опровергается, а новая, наоборот, для того и создается, чтобы именно его объяснить. Лакатос справедливо на это возразил, что теорию невозможно опровергнуть экспериментом: она, самое большее, модифицируется в рамках той же самой научной программы. Так, те же самые наблюдения, которые подвигли Коперника к созданию гелиоцентрической системы, вовсе не опровергли систему Птолемея, а лишь заставили великого астронома Тихо Браге (Tyge Brage по-датски, или, в латинизированной форме, Tycho Brahe, 1546—1601) предложить уточненный вариант системы геоцентрической: вокруг неподвижной Земли вращаются только Солнце и Луна, а все остальные планеты вращаются вокруг Солнца. Еще чаще бывает, что ученые просто ждут, когда появится какая-нибудь возможность объяснить несовместимость теории с какими-то фактами, но при этом вовсе не торопятся отказываться от старых теорий. Именно таково было отношение Эйнштейна к проблемам квантовой физики: он принимал квантовую теорию только как математический аппарат, согласный с экспериментами, но не имеющий физического смысла; точно так же кардинал Беллармин относился к гелиоцентрической системе Коперника.
Поэтому приходится признать вместе с Лакатосом, что эксперимент никогда не бывает «решающим». Впрочем, и сам Кун писал именно о том, что научные революции всегда совершаются путем перемен в мировоззрении, а не просто под давлением новых фактов.
Тем не менее, Лакатос не спорил против того, что любая новая теория создается с целью объяснения каких-то вполне определенных явлений — в надежде, что тогда она будет пригодна для объяснения и многого другого. Создатели любой новой научной теории отдают приоритетное внимание небольшой группе фактов, поневоле абстрагируясь, в той или иной степени, от всего остального.
Так, например, квантовая теория создавалась для объяснения двойственной, корпускулярной и волновой, природы света, а вавилонская астрономическая система, изложенная в трактате MUL.APIN (см. выше, раздел 4.4.2.2), — для одновременного учета (выраженного в новой форме календаря — К364) таких фундаментальных свойств мироздания, как его обусловленность сразу двумя священными числами, 60 и 7 (а не только 60, как это было в более древней вавилонской астрономии).
Сегодня никто не будет возражать, что трактат MUL.APIN является вполне научным астрономическим произведением, но, возможно, у кого-то вызовет сомнение научность поставленной в нем цели — объяснить мироздание на основе именно двух главных священных чисел, а не одного. Со стороны гуманитария такое недоумение еще можно считать простительным, но любой естественник должен посмотреть на историю физики в XX веке с ее непрерывными и полным ходом продолжающимися до сих пор поисками теорий, объединяющих разнообразные «симметрии». Это ровно те же самые «священные числа» вавилонской астрономии, а что значения их и общее количество в Вавилонии были другими — так они и в современной физике менялись каждые два-три десятка лет. Постепенное осознание еще одной симметрии мироздания, связанной с числом 7, привело создателей MUL.APIN к новой космологической теории. — Чем не история современной физики, где так и не реализованный сценарий теории Великого Объединения постепенно усложнялся за счет открытия симметрий, связанных со спином, сильными, слабыми взаимодействиями, а теперь еще, может быть, с некоей суперсимметрией?
Видимо, в чем-то таком — в постепенной смене одних священных чисел (симметрий) научных теорий другими — и состоит на самом деле развитие естествознания (говорю это на полном серьезе и не вижу здесь ничего уничижительного для науки).
Итак, наша задача «найти икс» сводится к определению такого свойства космологии иудейской апокалиптики, которое наиболее прямо отвечает за ее функционирование как целого. Указав на это свойство, мы хотя бы поймем, где в нашем уравнении «икс», а потом уже будем думать, как нам определить его значение.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments