Bishop Gregory (hgr) wrote,
Bishop Gregory
hgr

об осуждении и о детях

слово на Радоницу -- это было в прошлый вторник.

О поминовении усопших и о вере
Слово на Радоницу

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.
Сегодня, по благочестивому русскому обычаю, мы совершаем такой день, который называется «Радоница», — вторник второй седмицы после Пасхи, когда совершается память всех от века почивших православных христиан. Совершать именно в этот день память всех усопших — это не более чем русский обычай, который в уставе церковном никак не отражен. Хотя древний обычай — чтобы обязательно на Пасху поминать усопших. Но в разные эпохи это делалось по-разному, например, в Грузинской Церкви до сих пор удерживается древний обычай прямо в сам день Пасхи поминать усопших. Но в Русской Церкви это по-другому, вынесен день поминовения усопших за пределы Светлой Седмицы, но тем не менее, все равно пасхальное поминовение усопших совершается, и мы это сегодня и делаем. А что богослужение у нас сегодня и вчера с вечера было не заупокойное, так это потому, что мы служили по церковному уставу, в котором ничего заупокойного не предусматривается. Однако, вчера мы прочитали записки с именами усопших и помянули вслух всех от века почивших православных христиан, с тем чтобы сегодня помянуть их же за проскомидией, и чтобы вместе с ними участвовать в Евхаристии. Потому что когда мы за усопших подаем на проскомидию записки — что это означает? За них священник молится на проскомидии, он вынимает частицы, и эти частицы являются как бы иконами усопших, только такими иконами, которые не похожи на них внешне, — подобно тому, как и Агнец на проскомидии является иконой Христа, а только потом уже эта икона прелагается в истинные Тело и Кровь Христовы, уже за самой литургией. И вот, потом эти частицы, которые вынимаются за усопших, они погружаются в чашу с Кровью Христовой со словами священника: «Отмый, Господи, грехи поминавшихся зде Кровию Твоею честною». И таким образом, и усопшие участвуют в Евхаристии, и, конечно, мы, если подаем за них записки, то, насколько это от нас физически зависит, мы тоже должны участвовать именно в Евхаристии, чтобы именно причащаться. И именно для этого приходят на заупокойные литургии — не для того, чтобы подавать записки (записки можно и с вечера подать), и не для того, чтобы просто стоять и молиться (потому что на литургии не предусмотрено такого места, чтобы просто человек молился, а не причащался), а именно для того, чтобы причащаться вместе с этими усопшими православными христианами. И вот, для этого и служилась литургия сегодня, прежде всего именно для этого.
Кроме того, сегодня за литургией мы слышали Евангелие, в котором объясняется, как Господь будет судить. Он в разных местах Евангелия объясняет это разными словами. И что мы слышали именно сегодня? Сегодня мы слышали, что кто не верует в Сына Божия, тот уже осужден, и кто верует, тот будет спасен. Потому что, действительно, вера в Сына Божия, она нас спасает всегда. Потому что именно в вере в Сына Божия — залог того, что мы будем Ему молиться, обращаться, нам будет перед Кем каяться в грехах, будет у Кого просить помощи, чтобы этих грехов не совершать впредь, и так мы будем очищаться от грехов, так мы будем спасаться. Если же уже сейчас мы отвергаем Сына Божия, то это и значит, что мы уже сейчас, еще даже прежде всякого Страшного Суда, прежде даже нашей кончины, уже сами себя осуждаем. Потому что — что такое Царство Небесное, как много раз приходится повторять? Это Тело Христово, это Церковь — в мистическом, конечно, смысле, а не в смысле храм, куда люди могут просто придти. Это именно в том смысле Церковь, в котором мы в Символе Веры говорим: «Верую во Едину, Святую, Соборную и Апостольскую Церковь». В храмы нам веровать не надо, потому что о них и безбожники знают, что храмы существуют. А имеется в виду именно невидимая Церковь, точнее же сказать, та Церковь, которая имеет видимую часть, но даже для этой, видимой части, единство ее невидимо. Вот эта же Церковь есть Царствие Небесное. Но это Тело Христово. Если мы сейчас отвергаем Христа, если мы говорим Ему: «Путей Твоих ведети не хощем», — то тогда мы отвергаемся уже сейчас своего спасения.
И мы, может быть, думаем, что вот, «мы вроде так никогда Христу не говорим и вообще не против, Он неплохой был человек, и мы Его не отвергаем». Но, конечно, это довольно-таки наивное рассуждение. Потому что Христа отвергаются все те, кто Его не любит. Что такое любить Христа? Надо спросить Его Самого — тоже в Евангелии. Он отвечает: «Кто Меня любит, тот соблюдает Мои заповеди», — вот какой критерий. Не то, что там, он плачет по утрам или по вечерам, или что какие-то там чувства его переполняют и фонтанируют из него, совершенно не это, а он исполняет Его заповеди. Вот и все. Т.е. по делам исключительно познается и вера, и неверие. И если эти дела в исполнении заповедей состоят, тогда мы веруем во Христа и тогда Его не отвергаемся. Если — в нарушении сознательном, в котором мы не каемся и не стараемся исправиться, то тогда, конечно, это есть именно отвержение Христа.
А еще многие люди обычно говорят так: «Я, вот, Христа не отвергаю; вообще, не плохо то, что в Евангелии написано», — но при этом почему-то сами и вообще в Церковь не ходят, или не думают, какая Церковь истинная, — хотя в Евангелии же Господь предупреждает, что будут всякие лжехристы, что «будут говорить, что “здесь Христос или там”, а вы не верьте», а надо быть с истинным, с настоящим Христом. И люди говорят: «Зачем нам обо всем этом думать? Это уже люди навыдумывали потом…» Люди такие могут говорить все, что угодно, и верить во все, что угодно, потому что Господь никого не принуждает, все остаются со свободной волей. Но в Евангелии Он совершенно ясно говорит, как надо веровать. Он говорит, что Он основал Свою Церковь, говорит, что надо участвовать в Таинстве Евхаристии, на тайной вечере установленной, говорит: «Сие творите в Мое воспоминание». А если вы не творите, значит вы и отвергаетесь Христа. Т.е. кто не участвует в Евхаристии, кто не причащается, тот уже одним уже только этим, не говоря о всем прочем, что наверняка тоже за ним числится, отвергается Христа. И в то же время Евхаристия совершается только там, где Церковь истинная, и потому надо помнить другие слова Христа, что «не верьте, когда говорят: “здесь Христос и там Христос”». Надо разбираться. Конечно, лень, конечно, неприятно, конечно, много забот по дому, за детьми надо присматривать и так далее, за мужьями и женами; но Евангелие настраивает совершенно иначе.
И потом, когда мы за кем-то присматриваем, если кто-то вверен нашему попечению, прежде всего, конечно, наши дети, то в чем состоит это попечение, если мы христиане? Прежде всего в том, чтобы воспитать их в вере, и чтобы потом, когда мы умрем, было кому за нас помолиться. Потому что вряд ли мы умрем в таком состоянии, что не будем нуждаться ни в чьих молитвах. Скорее всего, будем. И если мы собственных детей не воспитаем так, что они за нас помолятся, то еще весьма сомнительно, кто другой за нас помолится. И потому очень важно воспитывать детей, пока они маленькие. А чем детей можно воспитывать? Только одним. Детей можно воспитывать плохо или хорошо, по хорошей методике или по плохой, — результат примерно одинаковый, с точки зрения христианского воспитания. А разный результат бывает только в зависимости от одного — от личного примера родителей. Если родители верующие — на самом деле, не для того, чтобы детей воспитывать, а для себя, для самих себя верующие, — то и дети, как миленькие, никуда не денутся, будут верующими. И если только родители таскают их в Церковь, как угодно, а сами живут совершенно как безбожники, но просто вместо кино, или филармонии, или ночного клуба, или рынка ходят именно в церковь, то конечно, дети верующими не вырастут. Как только они физически смогут это сделать, они пошлют таких родителей куда подальше — и, надо сказать, правильно сделают. Потому что это — не православие. Но конечно, они отвергнут уже не только это неправильное, ложное православие родителей, но у них будет бунт против Церкви, который очень трудно преодолеть и в котором виноваты будут родители. И потому надо прежде всего думать о себе. Даже если речь идет о таком вопросе, когда надо думать о других, как о воспитании детей. И тогда мы поможем и другим, и тогда исполнится то, что Серафим Саровский говорил: «Стяжи дух мирен (т.е. сделай свой дух мирным), и вокруг тебя спасутся тысячи», — и тогда будет кому о нас помолиться и в день Радоницы, и в другие дни поминовения усопших, и вообще каждый день, — что нам нужно уже и в этой жизни, а тем паче после нашей смерти, к которой мы должны готовиться, и в том числе, таким способом, чтобы думать, кто о нас помолится, когда мы умрем. Аминь.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments