Bishop Gregory (hgr) wrote,
Bishop Gregory
hgr

Category:

Память Иоанна Богослова -- а также о пользе детей и о безмолвии

проповедь во вторник



Слово в день памяти Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова и преподобного Арсения Великого

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.
Сегодня мы совершаем память возлюбленного ученика Христова, как о нем сказано в Евангелии, Иоанна Богослова. Что значит «возлюбленный ученик»? Неужели другие не были возлюбленными? Но святые отцы многократно это объясняют, и мы должны сами это хорошо понимать, что Христос, как Бог, одинаково любит всех людей, независимо от того, как они к Нему относятся. Если мы являемся христианами — или скажем иначе: поскольку мы являемся христианами, — мы тоже любим всех одинаково, независимо от того, как они относятся к нам, как они относятся к нашим ближним, как они относятся к Богу. Но дружба — это нечто взаимное. Потому что Христу не все платили одинаковой взаимностью. Некоторые из тех, которых он одинаково любил, как и прочих, Его распяли; некоторым было просто все равно; некоторые Его любили, но тоже в разной степени были Ему преданы. И именно в этом смысле выделялся апостол Иоанн Богослов. Именно в этом смысле он и был самым любимым учеником и самым близким. И мы видим, что именно через этого ученика, именно в его Евангелии открыты были самые великие тайны воплощения Христова, и там прямо сказано, что это Логос Божий, т.е. Слово Божие, Которое превечно было у Отца, Оно воплощается и живет среди нас. Вот что значит Боговоплощение, и с этого прямо и начинается его Евангелие.
Но видя, что ему были открыты, и очевидно еще тогда, при жизни Господа, все эти глубины богословия, мы можем удивиться: ведь он был самым младшим из всех учеников, причем с большим отрывом — он был совсем юн во время тех событий, которые описаны в Евангелии. Но не случайно Христос говорит в другом месте, что вера у вас должна быть детская, и «если вы не станете, как дети, то вы не сможете войти в Царство Небесное». Но как же так? Ведь известно, что «вера без дел мертва», а какие дела могут совершить дети? Они не могут даже совершить никаких аскетических подвигов, которые совершали разные преподобные отцы, потому что у них на это сил обыкновенно не хватает, и тем более они не могут совершить какие-то великие дела по распространению христианства в мире, пока они еще дети.
Но сегодня как раз в Евангелии мы слышали, что является главным делом. Господь говорит, что дело Божие есть веровать в Сына, Которого послал Отец. Вот эта вера — она и является нашим главным делом. Конечно, это дело порождает и другие дела, потому что дела веры дальше требуются, но как эта вера порождает другие дела — это зависит уже от условий внешних. И здесь, действительно, дети от взрослых отличаются, но зато эти отличия не принципиальны, а принципиально только одно отличие: есть вера или нет. Т.е. детям свойственно, точнее говоря, дети могут (не всегда это им свойственно, к сожалению) уверовать всей душой и полностью предаться тому, во что они уверовали. Именно так надо веровать в Бога. И потому детям это сделать легче, по крайней мере, в ранней юности, как это произошло с Иоанном Богословом. И тогда, если уже и держаться уже этой веры и этой любви изначальной, то тогда и вся жизнь станет — она, конечно, будет суровой, но она вся станет преуспеянием, уже независимо от того, сколько доведется прожить. Если же от этого отпасть, то потом будет тяжело наверстывать.
Некоторые говорят, что невозможно, но это тоже неправильно. Потому что при большом желании, хоть это и тяжело, но возможно, и об этом нам говорит пример другого святого, память которого мы сегодня празднуем, — аввы Арсения. Потому что авва Арсений Великий, он до зрелых лет, до середины своей жизни, жил при дворе и был одним из самых известных ученых в Римской империи, и был даже воспитателем царских детей (причем это не какая-нибудь агиографическая легенда, а это можно считать вполне историческим фактом) Аркадия и Онория, будущих императоров, — в конце IV века это было, а они стали на рубеже IV-го и V веков императорами. Но он был при этом человеком верующим, и он как-то чувствовал, что его жизнь не соответствует его вере, и что надо как-то это исправлять. И он однажды услышал такое вразумление от Господа: «Арсений, бегай людей, и спасешися». И вот, после этого он бросил совершенно всю свою жизнь, нажитое имущество и вообще все свои привычки и отправился в Египет в пустыню, где и провел остаток своей жизни и жил там в большой строгости, и стал одним из самых великих отцов Египта, хотя он начал так подвизаться, когда ему, наверное, было уже лет сорок, по крайней мере, побольше тридцати пяти. Т.е. он уже был вполне состоявшимся человеком еще в мирской жизни. Но он тоже поверил полностью по-детски. И еще он особенно прославился в пустыне уже подвигом молчания, и крайне трудно было из него вытянуть какую-нибудь фразу, потому что он особенно давал пример своим ученикам, с которыми он тоже больше молчал, именно тем, как хранить свои чувства и не рассеиваться и все время быть сосредоточенным на главном.
И здесь опять совпадение с Иоанном Богословом. Потому что Иоанн Богослов учит тому, что Господь преподает в молчании. И этому молчанию божественному, которое иначе называется исихия, тоже учит Иоанн Богослов, но особенно это подчеркивается на его изображениях на иконах, когда он изображается с пальцем, приложенным к губам, означающим именно молчание. Можно посмотреть: на очень многих иконах он именно так и изображается. И те слова, которые он говорит, когда он пишет свое Евангелие, эти слова не столько рассказывают, сколько обозначают, указывают на то, что на самом деле познается именно в молчании. И вот, для того, чтобы нам достигнуть этого молчания, этого «безмолвия», как оно по-славянски называется, мы должны быть совершенно полностью преданы душой тому, ради чего это безмолвие совершается, т.е. Богу. А как это быть преданным? — Это и есть внимание сердечное и молитва. Потому мы, даже если мы разговариваем, даже если мы, может быть, по какой-то крайней необходимости, с кем-то даже и спорим (потому что иногда бывает нужно спорить, хотя, конечно, споров надо избегать всеми возможными способами, но иногда это необходимо), мы должны внутренне безмолвствовать, и взгляд наш внутренний должен быть направлен никогда не на того человека, с которым мы разговариваем, никогда не на те проблемы, которые встречаются у нас в жизни, никогда даже не на тех наших близких, о которых мы заботимся, когда они, может быть, в тяжелом состоянии материальном или духовном, — а всегда наш внутренний взор должен быть направлен на Бога. И вот это вот и есть память Божия, это есть основа настоящей внутренней молитвы, это есть основа сердечного безмолвия, а только сердечное безмолвие — это то, в чем может быть услышан голос Божий, как это еще было явлено в Ветхом Завете пророку Илии, которому Господь сказал, что Он покажет ему Свою славу, но сначала будут всякие шумовые эффекты (я уж не буду пересказывать Книгу Царств; кто читал, тот помнит), а там этой славы не будет, а вот когда будет уже «глас хлада тонка», вот там, в тишине, уже действительно и будет Господь, — чтобы он смотрел и был бдителен, что, конечно, пророк и был бдителен. И вот, мы должны все время помнить, как Господь является, — потому что так и в Ветхом Завете, тем более так в Новом, — держать это молчание, которому учит нас и Иоанн Богослов, особенно с икон, и авва Арсений; и тогда можно надеяться, что на нас исполнятся слова Псалмопевца: «Обновится, яко орля, юность твоя», — т.е. мы опять станем молодыми, и тогда нам откроются те тайны, о которых говорит Иоанн Богослов, потому что они были открыты ему. Аминь.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments