Bishop Gregory (hgr) wrote,
Bishop Gregory
hgr

Categories:

психиатрия

особенности модальных логик бессознательного при пограничных расстройствах.

что теория пограничных расстройств так важна для всей вообще философии психиатрии-психологии -- это опять Руднев. это он меня ткнул носом в Кернберга и Ко.

в чем эта теоретическая важность:

традиционные (до 1970-х годов почти) психология и психиатрия развивались так, что их невозможно было всерьез воспринимать на философском уровне. (а если говорить совсем точно -- то на том уровне, который называется методологией науки: это там, где бывают научные программы Лакатоса).

причина в том, что они строились на заведомо фрагментарном основании -- я бы даже сказал, вокруг дырки.

с одной стороны дырки -- "норма" и легкие отклонения от нее, область того, что определили как неврозы (в терминологии Фрейда; в более ранней терминологии этим же словом могли называть всё, что угодно).

с другой стороны -- классическая "большая" психиатрия, которая имеет дело уже с большим приветом. т.е. психозы.

что тут д.б. континуум, понимали все и всегда. вопрос был в том, наличествует или отсутствует какой-либо качественно особенный этап на пути от невроза к психозу (или обратно)?

без ответа на этот вопрос размывались не только понятия невроза и психоза (это еще ладно, т.к. это внутренняя проблема психиатрии как науки), но и понятие нормы: ведь норма -- это то, что не невроз и не психоз. а это уже не только внутренняя проблема психологии как науки, но и общая проблема мировоззрения. пока психология-психиатрия на нее не отвечают, с ними вообще разговаривать не о чем. область их занятий и применения (а эта область -- человеческая психика в норме и вне нормы) научно не определена, и, с т. зр. философской, их самих не существует.

говорить о том, что определения нормы вообще не следует искать у психологов и психиатров, я в этих тезисах не буду, т.к. об этом после 1960-х гг. достаточно много написано. "норма" -- это понятие, обусловленное только культурно, т.е. это понятие культурной конвенции, которое привносится в психиатрию (и дается психиатру в зубы для дальнейшей работы) извне.

остается вопрос с качественным характером континуума психических состояний от нормы к психозу.

о том, что тут есть проблема, написали первыми клиницисты. окончательно забил для нее позицию Крепелин в 4-м издании учебника по клинич. психиатрии (1915; только что вышел рус. пер.). он выделил, как он их назвал, "психопатии" как особенный род болезней между психозами и неврозами. в 1950-м году какой-то (забыл фамилию) американский психиатр предложил заменить расплывчатый и, к тому времени, слегка бранный термин "психопатия" изобретенным им термином "пограничное расстройство" (borderline psychical disorder, BPD).

т.к. Крепелин исходил только из симптоматики, то его объяснение было расплывчатым. до сих пор та же проблема сохраняется во всех классификациях психических заболеваний, ориентированных на клиницистов (т.е. избегающих любой теории), -- т.е. во всех советских и во всех международных (МКБ = ICM-10, DSM-IV).

итак, проблема перехода от невроза к психозу (эк я выражаюсь! как будто кому-то нужно перейти, и у него с этим "проблема"; ничего, поможем!) -- в том, что там в середине еще какое-то качественное изменение.

теория этого качественного изменения стала возможна, как думают некоторые заслуживающие доверия люди, после того, как основанная в 1940-е гг. Меланией Кляйн британская школа психоанализа смогла пробиться глубже Эдипова комплекса и фрейдовской "трехчастной структуры" образца 1923 г. ("Я и Оно"). дальше была Америка 60-х и 70-х, Кохут и, наконец, Кернберг.

возращаясь к модальным логикам (и с учетом "американской" теории пограничных расстройств):

в рудневской схеме постепенного обеднения (скажем так) модальных логик, доступных сознанию больного -- до их полного упразднения при слабоумии, -- нужно внести особый этап, соответствующий именно пограничному расстройству:

при пограничном расстройстве отменяются сразу все относительные модальные логики.
синдром диффузной идентичности оставляет возможность действовать только примитивным механизмам психической защиты, особенно обесцениванию и идеализации. оба они не дозволяют воспринимать относительные ценности ("более чем", "менее чем"), т.е. те относительные различия, на которых строятся относительные модальные логики.

разделение всех вообще модальных логик на две большие и не сводимые друг к другу группы, абсолютные и относительные, было обосновано кем-то, как я думаю, в 1950-е годы (у меня серьезное подозрение, что это сделал А.А. Ивин -- один из самых крупных в мире специалистов по модальным логикам вообще, -- пожелав скрыть свое авторство по причине обитания в сволочной внешней среде; по крайней мере, именно Ивин об этом разделении двух типов модальных логик пишет). специалисты по модальным логикам очень сильно преуспели в разработке логик абсолютных, а относительными явно пренебрегают. применение модальных логик для анализа текстов также исчерпывалось абсолютными логиками (так у Греймаса, Долежела и Руднева; Руднев, впрочем, вышел за пределы абсолютных логик, но осознал это только после того, как я ему прямо на это указал -- в книжке про "агиографию"). сознательное применение относительных модальных логик для анализа текста -- это моя книжка про "агиографию". а вот теперь надо их применить и для "текста" бессознательного.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 20 comments